Dior
Dior Джонатана Андерсона теряет свою привычную строгость: выверенные формы растворяются в прозрачном шифоне, органзе и рюшах. Знаковые коды дома – жакет Bar, платье La Cigale, классический тейлоринг – сохраняются, но становятся мягче и воздушнее. Даже жакеты в клетку принца Уэльского и тонкую полоску выглядят как костюмная шерсть, хотя сделаны из легчайшей ткани, напоминающей органзу. Андерсон не отказывается от узнаваемого стиля Dior, но как будто снимает с него историческую тяжесть.
Maison Margiela
Прошло чуть больше года с тех пор, как Гленн Мартенс дебютировал в Maison Margiela с кутюрной коллекцией. В сезоне весна-лето 2027 он несколько приглушил драматизм своих предыдущих работ, предложив более приземленный диалог между экспериментом и повседневной одеждой. Деконструкция, концептуальность и знакомые элементы гардероба Margiela по-прежнему остаются в центре его внимания, однако наиболее убедительно коллекция работает там, где эксцентричность уравновешивается носибельностью. Среди запоминающихся деталей – платья и юбки из тканей с винтажными цветочными принтами, перехваченные фирменными хлопковыми лентами, а также декоративные доспехи, созданные из раздавленной серебряной посуды.
Saint Laurent
Энтони Ваккарелло отметил десять лет работы в Saint Laurent коллекцией, которая на фоне слухов о его возможном уходе выглядела особенно символично. Перед показом дизайнер разослал журналистам букеты черных калл и в записке предупредил, что не будет давать интервью. Золото появилось здесь во всевозможных фактурах: от органзы, шифона и гипюра до парчи, жаккарда, металлизированного хлопка и латекса. Ваккарелло переосмыслил знаковые для Saint Laurent коды: жакеты-сафари, юбки-карандаши, костюмы, коктейльные платья и тренчи, отсылающие к знаменитому золотому тренчу Ива Сен-Лорана. Финал, напротив, оказался полностью черным, а отсутствие сумок позволило сосредоточить внимание исключительно на одежде и силуэтах.
Dries Van Noten
Джулиан Клауснер взял за отправную точку образ голливудской актрисы 1950-х, но не на красной дорожке, а в обычной жизни – когда она выходит со съемочной площадки на улицу. Поэтому рядом с коктейльными платьями, жемчугом и оперными перчатками появляются обычные повседневные вещи. Характерная для Dries Van Noten тонкая работа с цветом проявилась в палитре 1950–1960-х: лимонном желтом, нефритовом и изумрудном зеленом, пудрово-розовом, лавандовом, небесно-голубом, коралловом, вишневом, бирюзовом и насыщенных «лас-вегасских» оттенках. Клауснер смешивает их в неожиданных и сложных сочетаниях, создавая ощущение ретро, но без буквального цитирования эпохи. Постеры в стиле старого Голливуда превратились в принты на сатиновых платьях и прозрачных юбках. Даже приглашение на показ выглядело как афиша вымышленного фильма Lacquera and Lace.
Schiaparelli
Дэниел Роузберри строит коллекцию вокруг одного из исторических кодов Schiaparelli – вечернего жакета. Почти сто лет назад Эльза Скиапарелли придумала dinner suit, который позволял менять степень нарядности в течение вечера. Роузберри возвращает эту идею, но превращает жакет в основу современного гардероба. В коллекции восемь вариантов Schiap jacket – от ярких архивных оттенков до моделей из бархата и сатина, украшенных сложным декором. Главная фишка коллекции – принцип конструктора: фирменные силуэты разбираются на отдельные топы, юбки, брюки и жакеты, которые можно сочетать как угодно.
Loewe
Джек Маккалоу и Лазаро Эрнандес продолжают формировать новый язык Loewe, соединяя американский sportswear с испанским наследием дома. После довольно экспериментальных первых коллекций дуэт делает одежду, которую проще представить в реальном гардеробе. Здесь много отсылок к американской повседневной одежде: New England Prep, баскетбольным майкам, поло, спортивным ветровкам и бомберам. Но привычные вещи постоянно получают неожиданный Loewe-твист. На первый взгляд обычные вещи оказываются очень сложными в исполнении: серый свитшот полностью расшит бисером, а полосатые «хлопковые» жакеты на самом деле сделаны из тонко обработанной кожи. Цвет тоже становится важной частью новой формулы Loewe. В коллекции встречаются кляйновский синий, лимонный желтый, мятный, оранжевый и зеленый. Яркая палитра помогает сделать даже довольно простые спортивные вещи более характерными для дома.
Celine
Celine становится более свободным и живым. После первых коллекций, где особенно заметны были preppy-коды и аккуратная парижская элегантность, Майкл Райдер расширяет диапазон. В коллекции соседствуют узкие брюки и объемные силуэты, строгий тейлоринг и романтичные вещи, классические пальто и яркие орнаменты. Дизайнер показывает, как собрать современный парижский гардероб из узнаваемых элементов, не превращая их в клише. Райдер берет очень понятные вещи: черное платье, кожаную куртку, жакет с выразительными плечами или тренч, но почти всегда добавляет деталь, которая нарушает их идеальную выверенность: крупную сумку, длинные бусы, пояс-шнурок, цветовой акцент или неожиданную стилизацию.
Hermès
В сезоне весна-лето 2027 главное вдохновение для Надеж Ване – воздух: то, что невозможно увидеть, но можно почувствовать. После нескольких более темных и жестких коллекций Hermès становится светлее и мягче: на смену темной палитре приходят кремовый, желтый и оранжевый, а кожа используется более тонкая и легкая, в сочетании с сеткой, трикотажем и полупрозрачными тканями. Функциональность здесь – часть дизайна. Молнии позволяют менять форму вещей: раскрывать брюки по бокам, регулировать длину платьев и трансформировать жакеты. Одежда словно подстраивается под тело и погоду, получая собственную систему вентиляции.
Miu Miu
В новой коллекции Миучча Прада смотрит на спортивную одежду как на материал для эксперимента: что произойдет, если добавить ей элегантности? В Miu Miu джерси, деним, кожа и утилитарные вещи сталкиваются с безупречным тейлорингом, платьями-рубашками и вечерним декором. Причем привычные роли вещей меняются местами: спортивные топы становятся основой для нарядных слоев, а расшитые бра надеваются поверх джемперов и свитшотов. Особенно интересный прием – перекрестные шнуровки, с помощью которых можно прямо на теле менять форму джинсов, юбок, платьев и обуви.
Jean Paul Gaultier
На старте работы в Jean Paul Gaultier Дюран Лантик принципиально не хотел заглядывать в архив дома. Он говорил, что сначала хочет придумать собственный мир и только потом открыть эту дверь. Теперь дизайнер уже обращается к знаковым кодам Gaultier, но не просто цитирует их, а переосмысливает через свой интерес к объему, телу и необычным пропорциям. Конический бюстгальтер, скульптурные формы, корсеты, провокационные объемы и театральные головные уборы здесь получают новое прочтение и обыгрываются с современным чувством юмора. При этом Лантик неожиданно оставляет в коллекции много вполне носибельных вещей, но почти всегда добавляет к ним какую-то абсурдную деталь, чтобы они не выглядели скучно.
Chanel
Матье Блази продолжает освобождать Chanel от излишней строгости, сохраняя при этом узнаваемые коды дома. В основе коллекции идея свободы: стаи светящихся птиц парят над подиумом Grand Palais, а прозрачные ткани, открытая кожа, необработанные края и летящие силуэты помогают сделать привычный Chanel легче и динамичнее. Блази вновь переосмысливает разные стороны образа Габриэль Шанель: от строгих силуэтов и мужского гардероба до классического жакета, который теперь надевается прямо на голое тело. Финал под Gimme More Бритни Спирс тоже подчеркивает новую интонацию Chanel: меньше респектабельности и музейности, больше движения, легкости и свободы.
Louis Vuitton
За футуристическими декорациями с летающими машинами у Louis Vuitton скрывается вполне земная идея – сделать одежду легче, проще и удобнее. Белые полупрозрачные платья, тонкий трикотаж, шелковые юбки, кардиганы, легкие пальто и нейлоновые анораки выглядят просто и современно. Но эта простота обманчива: Жескьер экспериментирует с тканями и конструкцией, чтобы одежда почти не ощущалась на теле. Так некоторые пальто весят меньше обычной футболки. Сам дизайнер называет этот подход «текучей эргономикой» – одежда должна двигаться вместе с человеком, становясь практически его второй кожей.
