Свою вторую кутюрную коллекцию, которую Блази показал в июле, он построил вокруг идеи сказки. В библиотеке Габриэль Шанель он нашел маленькую книгу Les Fées, contes des contes и оттолкнулся от нее: ему захотелось создавать одежду, которая сама рассказывает истории. Если следовать этой логике, новая коллекция весна-лето 2027 вполне может напомнить «Диких лебедей» Ханса Кристиана Андерсена – сказку о девочке Элизе, которая спасает своих одиннадцать братьев, превращенных злой мачехой в лебедей. Чтобы снять чары, Элиза должна сплести для них рубашки из крапивы.
На эту мысль наталкивает сет-дизайн: над подиумом Grand Palais парят стаи птиц. В сказке одежда становится способом освободить братьев от чар. И эта идея освобождения через одежду удивительно близка и Шанель, и Блази. История Chanel во многом связана с освобождением женского тела: отказом от корсета, удобной одеждой, заимствованием элементов мужского гардероба. Блази продолжает эту линию, но говорит о ней своим языком: свобода – это когда одежда не сковывает тело, а движется вместе с ним.
В новой коллекции Блази вновь вступает в воображаемый диалог с мадмуазель Шанель. Но на этот раз он не обращается к одному конкретному периоду ее жизни. Его интересует сама идея того, что одна женщина в течение жизни может быть разной. В официальных заметках к показу он называет это the women within a woman – разными женщинами, которые существуют внутри одной. Поэтому коллекция проходит через разные версии Шанель: от более строгих, почти эдвардианских образов до одежды, связанной с ее идеей свободы.
Блази берет знакомые коды дома и заново их формулирует. Коллекция начинается с мелкой цветочной вышивки и корсажей, подчеркивающих линию груди, затем переходит к элементам из мужского гардероба, здесь же появляется новая версия рубашки Charvet, которая уже успела стать одним из хитов нового Chanel. К финалу все снова возвращается к одному из главных символов дома – классическому жакету Chanel. Дизайнер обыгрывает его по-новому: надевает прямо на голое тело и сочетает с юбкой до колена, низко сидящей на бедрах. Прозрачные ткани, открытая кожа, мягкий твид, тюль, необработанные края и летящие силуэты делают привычные коды дома легче и свободнее.
Финал под Gimme More Бритни Спирс тоже говорит сам за себя. Блази явно хочет, чтобы Chanel ассоциировался не только с французской респектабельностью и безупречной классикой, но и с легкостью, движением и свободой.
