«Love. Sex. Disco», – так в трех словах дизайнер Даниил Анциферов описал свою новую демикутюрную коллекцию Mystery Divine. И, пожалуй, «disco» здесь смело можно было заменить на «cabaret». Соцсети сошли с ума от его корсетов со шнуровкой до середины бедра, конусовидных бралеттов, турнюров и кринолинов – вещей, которые еще недавно казались музейными артефактами. Одна из самых горячих сегодня девушек и в моде, и в музыке – певица Розалия – во время своего тура LUX несколько раз появлялась на сцене в бра от Daniil Antsiferov. А Кэти Перри выбрала культовое платье Fertility Dress для обложки альбома The Ones That Got The Plays.
Еще один блестящий пример кабаре-тренда – новый бренд Ибрагима Гатциева State Venice, который неожиданно выстрелил с роскошными ободками-плюмажами из перьев. В Казахстане за это настроение вечного праздника отвечает бренд Malli. В новой коллекции La Petite Mort креативный директор Маншук Карим во всей красе раскрывает «теневую сторону» своей героини через провокационные наряды с панье и декором из перьев.
Но, как отмечает Маншук: «У любой дарк-эстетики всегда существует противоположный полюс – более нежный, интимный и хрупкий. Поэтому мы показали обе стороны современной сексуальности. С одной стороны – более мрачную и напряженную, с другой – тонкую и деликатную. Для нас было важно передать этот контраст и одновременно диалог между двумя состояниями женственности».
В мировой моде этот стиль уже несколько сезонов развивают бренды, работающие в эстетике неокабаре. Французский бренд Maison Close создает провокационное белье и одежду в духе парижского будуара и эротического шоу. Венсан Гарнье Прессиа и вовсе сделал «пигальскую» тему основой своего бренда Pressiat: экстремально приталенные силуэты, прозрачные ткани, рваные колготки, маски из перьев – все это балансирует между бурлеском и драг-культурой.
Молодой лондонский бренд Dreaming Eli работает на стыке романтической викторианской драмы и бурлеска. Где-то в этом ряду стоит и Людовик де Сен Сернен с более элегантной и современной версией кабаре. Его коллекция для Jean-Paul Gaultier в прошлом году стала самой обсуждаемой коллаборацией в гостевой серии дома после ухода самого кутюрье. Настолько органичным получилось слияние двух эстетик, будто архивы Готье оказались на корабле-призраке где-то между портовыми барами, кабаре и будуаром.
Словно по негласному сговору, дизайнеры снова достали из архивов все, что еще недавно считалось «слишком»: перья, стразы, чулки, корсеты. И у этого возвращения есть вполне конкретный визуальный первоисточник – легендарное вегасское шоу Jubilee!, ставшее главным символом гламура XX века. Это было далеко не первое ревю, но именно ему, а точнее, дизайнеру Бобу Маки мы обязаны тем, что кабаре-эстетика пришла в массовую культуру. Для этого шоу Маки создал около тысячи костюмов, общий бюджет постановки составлял около $10 000 000 (внушительная сумма для 80-х!). Одних только кристаллов было так много, что, когда в финале танцовщицы выходили на сцену одновременно, зрители буквально зажмуривались от ослепительного блеска. И за этим избыточным гламуром стояла вполне понятная логика. Еще в парижских кабаре – от первого Le Chat Noir, открытого в 1881 году, до культового Moulin Rouge – костюм должен был «работать» издалека: при слабом свете зала, сквозь дым и полумрак.
Кроме того, Боб Маки стоял за самыми блестящими (во всех смыслах) образами Шер, Тины Тёрнер, Лайзы Миннелли, Уитни Хьюстон, Дайаны Росс и Мэрилин Монро. И то самое «голое» платье, усыпанное двумя тысячами стразов, в котором главная блондинка Голливуда в 1962 году спела Happy Birthday Джону Ф. Кеннеди, – тоже его работа.
Десять лет назад, 11 февраля 2016 года, шоу-герлз в последний раз синхронно подняли ноги на сцене Лас-Вегаса: после почти 35 лет существования легендарное ревю Jubilee! закрылось на фоне падения интереса публики и язвительных замечаний критиков, называвших его «кладбищем гламура». Тогда мало кто мог предположить, что эстетика кабаре вновь вернется в моду.
И тем не менее сегодня винтажные дизайны Маки стали объектом настоящей охоты для нового поколения звезд. Для промо и обложки альбома The Life of a Showgirl Тейлор Свифт в прошлом году выбрала несколько оригинальных костюмов танцовщиц Jubilee!, а до этого Майли Сайрус получила Grammy в одном из знаковых образов Маки. Среди его поклонниц также Сабрина Карпентер, которая регулярно обращается к архивам дизайнера.
Кажется, после нескольких лет «тихой роскоши» все наконец-то осмелились на роскошь буквальную. И несмотря на то, что ситуация в мире сегодня совсем не располагает к веселью, возвращение кабаре выглядит довольно симптоматично. Даниил Анциферов соглашается.
«Жить стало скучно и страшно, – говорит он. – Бесконечный поток плохих новостей, политическая нестабильность – пребывать в постоянном стрессе просто невозможно, поэтому люди ищут источники дофамина, в том числе и в одежде». Однако стоит заметить, что в бренде Daniil Antsiferov эстетика кабаре присутствовала всегда. Дизайнер начинал свой профессиональный путь в театре, и с каждой коллекцией драматичность, сложность и все та же декоративность только усиливались: «Кабаре – это вечная вечеринка без похмелья, спектакль, где человек может быть кем угодно. В моду возвращается игра с идентичностью, и современная шоу-герл – уже не сексуализированный объект мужского взгляда, а форма артистического самовыражения, проявление собственной силы через перформанс».