Как у тебя возникла идея Sea Breeze?
Немного истории про само место. В моем детстве и позже я часто прилетал в Баку и отдыхал летом на даче в поселке Нардаран. Когда-то это был рыбацкий поселок с достаточно радикальным населением. Преимущественно все они промышляли браконьерством: осетрина, черная икра. Местные очень тяжело воспринимали любых чужаков, но поскольку мой отец (крупный предприниматель Араз Агаларов. – Tatler) построил здесь дачу в 1984 году, мы были как бы полусвои. И потом уже лет 20 назад я стал присматриваться к этому месту, особенно когда наблюдал за проектом отца в Подмосковье Agalarov Estate (комплекс загородных вилл вокруг гольф-поля. – Tatler). Я решил, что смогу повторить его успех в Азербайджане. Так я начал покупать маленькие клочки земли, по 15–30 соток. Ни у кого не было нормальных документов – дескать, это земля моего прадедушки, вот иди с ним и договаривайся.
В итоге я купил около 850 участков и объединил их в единый земельный банк, построив первые 20–30 домов. Но ничего не смог продать. Один-два дома – и все! Так я понял, что без инфраструктуры этот проект обречен на fail. Начал строить первый спорткомплекс, крытый бассейн, сауну, баню, открытый бассейн, какое-то кафе. А тем временем поблизости продавался участок с разрушенным метростроевским пансионатом, 5–6 тыс. квадратных метров. Тогда это было единственное многоэтажное здание в тех краях, потому что действовал запрет на строительство более двух этажей. Я открыл там мини-отель, который снова оказался убыточным, поскольку был заполнен только летом. Было вообще непонятно, как дальше сложится судьба этого проекта.
И вот, когда на содержание этого поселка совсем не стало хватать денег, постояльцы этой гостиницы, мои знакомые, друзья попросили продать им этаж под частные квартиры. Помню, как я очень неплохо продал три верхних этажа и меня осенило – нужно строить многоквартирные комплексы, потому что люди пришли к тому, что у моря не обязательно должна быть дача, за которой нужно следить.
Еще пять–шесть лет ушло на то, чтобы разрешили строить здания до восьми этажей. Тогда-то и началось первое развитие Sea Breeze. С каждым зданием, в котором 100–150 квартир, появляются резиденты, на первых этажах открываются аптеки, магазины, винные бутики, парикмахерские. Первые мои заемные деньги пошли на инфраструктуру. Я построил школу, детский сад, центр искусств для детей, обустроил дорожки вдоль пляжа, построил раздевалки, фудкорты, детские площадки, аквапарк, луна-парк. В самом городе почти нет пляжей, а у меня 20 километров береговой линии, из которых полностью обустроены семь километров. Причем линия застройки отодвинута на 400 метров от моря, чтобы все могли пользоваться пляжем и бульварной территорией. У нас получился гигантский парк. Только на пляже мы высадили около 5 млн деревьев: пальмы, олеандры, агавы. Всего на территории более 11 млн различных растений, которые в основном привезены из Испании. Мы стали привлекать всемирно известных архитекторов: Chapman Taylor, Scott Browning, Killа Design, Сергея Чобана. Когда у тебя делает проект крутой архитектор, легче подтягивать под здание инвестиции, ведь за ним есть какая-то мифология. Мы же продаем эмоции и жизнь, а не просто квартиры.
Какова динамика продаж?
В этом году мы продадим около 7 тыс. квартир. В прошлом – 3 600, годом ранее – 1 500, еще раньше – 800 квартир. У нас сумасшедший рост продаж.
Кто их покупает?
82% – местные. 13% – Россия, 5% – Казахстан, Узбекистан, Израиль и другие страны. Немного немцев, наши соотечественники из Канады, США. Sea Breeze удобен и для бакинцев, и для иностранцев. Большой город и аэропорт находятся совсем рядом. До Баку теперь по новой дороге всего 22 километра, это 25–30 минут в дороге. Sea Breeze спроектирован на 30 млн квадратных метров. Фактически это будет новый город с населением до 500 тыс. человек. Поэтому я строю офисные центры, fashion mall под такие премиальные бренды, как Dolce & Gabbana, Prada, Chanel, развиваем отдельный кластер под рестораны, где будет, например, Nobu, с которым мы уже подписали контракт. Мы строим самое большое казино в Европе и планируем привезти туда все международные покерные турниры. Наша цель – расширить сезонность. На один покерный турнир приезжает 5–6 тыс. человек.
Следующая большая идея – перевести Formula 1 из Баку в Sea Breeze. Мы сейчас вместе с Tilke Engineering (главный проектировщих трасс Formula 1. – Tatler) проектируем новую трассу. Причем я сделал Tilke предложение, от которого они не смогли отказаться. Ведь большинство трасс в мире – компромиссные, они построены в черте города.
Я же предложил сначала спроектировать трассу, а потом построить вокруг нее здания, а еще задвоить все дороги, чтобы мы круглый год могли пользоваться трассой для мотоциклетных забегов и олдтаймер-ралли.
Еще один способ преодолеть сезонность – создание медицинского кластера. Мы запланировали около 30–40 гектаров под все мировые клиники. И, наконец, мы разговариваем с министерством экономики, чтобы вообще сделать в Sea Breeze свободную экономическую зону с льготным налогообложением. Это поможет привлечь сюда специалистов IT, AI. Словом, у нас получается город, который мы постоянно насыщаем новыми идеями, новыми смыслами. Ты приехал, припарковал свою машину в подземном гараже, пересел на гольф-кар и отправляешься в увлекательное путешествие: fun, eco, save, green, sustainable new city in the world! Такова моя амбиция.
Я знаю, ты строишь насыпные острова.
Первые острова уже построили, через год закончим третий, площадью 50 гектаров. Там откроются отели и резиденции Radisson Blu, Hilton, JW Marriott, возможно, еще казино. А трассу Formula 1 проектируем на следующем острове в 200 гектаров, он будет в форме языка пламени – Fire Island.
Сколько вы инвестировали и сколько собираетесь?
Около $5 млрд, в процессе еще столько же. Мы построили 3 млн квадратных метров, а весь проект рассчитан на 30 млн квадратных метров. То есть он обойдется в $80–100 млрд.
Это заемные деньги?
В большей степени реализуем за счет продаж, плюс привлекаем частных инвесторов, фонды. Заемные я беру, когда не хватает cash flow. Большие девелоперы заходят к нам на партнерских условиях. Я выступаю в роли мастера-девелопера – контролирую, чтобы все было сделано классно.
Ты планируешь развивать Sea Breeze в Узбекистане и Казахстане?
Sea Breeze для меня уже такой проект, который можно собрать, как лего, и реализовать в любой точке мира. Мы сейчас сделали три бренда: все, что у воды, – это Sea Breeze, все, что в горах, – Sky Breeze, все, что в городе, – City Breeze. В Азербайджане, в горах Шахдага, мы будем строить горнолыжный курорт. Еще один горный проект появится в Черногории. В Узбекистане проект на 570 гектаров утвержден кабинетом министров на Чарвакском водохранилище, это в 75 километрах от Ташкента. В планах другие страны, но пока ничего анонсировать не могу, мы работаем.
Что вдохновляло тебя в работе над этим проектом?
В мире нет ничего подобного. Я «склеивал» воедино то, что мне нравится. В Майами есть Fisher Island. Мне нравится кое-что в Дубае, Jumeirah Al Naseem, Al Qasr, Almansa. Люблю Форте-дей-Марми в Италии, где вдоль моря катаются на велосипедах, а по вечерам пляжные павильоны превращаются в классные рестораны.
Когда ты думаешь все это закончить?
У меня нет конечной даты. Я отношусь к этому, как к Дубаю, – там нет конечной точки. Я пока разделил все на три фазы. Все, что связано с первыми 700 гектарами, будет готово до 2029–2030 года. Все остальное планируем закончить до 2035 года.
Это крупный проект для Азербайджана?
Не просто крупный для Азербайджана – это сейчас самый большой частный девелоперский проект в мире, даже если сравнивать с Дубаем. Чтобы один застройщик возводил в одном месте 30 млн квадратных метров, такого опыта нет и не было.
Ты не забросил музыку?
Наоборот, сейчас еду с «Авторадио». Sea Breeze, конечно, занимает очень много времени, и, конечно, его стало меньше для музыки. Туров я беру немного, но без музыки не могу, просто сойду с ума. На концертах, чтобы чувствовать себя уверенным, надо нормально выглядеть, надо быть подготовленным, отрепетированным. Кайфануть – и чтобы кайфанули мои зрители. При нынешнем рваном ритме выступлений с этим непросто.
Расскажи о своих детях.
У меня четверо детей в двух браках. С Лейлой (Алиевой. – Tatler) у нас двое мальчиков – они близнецы, им по 17 лет, и девочка 11 лет. С Аленой (Гавриловой. – Tatler) у нас девочка, ей семь лет. Дети разбросаны по миру. Мальчиков я отправил учиться в Европу. Старшая дочь, Амина, учится в школе в Азербайджане, которую я построил. Младшая, Афина, живет со мной и мамой в Москве. Я летаю все время. Мальчики уже почти взрослые.
Как они относятся к тому, что ты строишь?
Можно сказать, что они мои амбассадоры и моя сила – когда чувствуют, что где-то мне тяжело, пытаются помочь. Али и Мика понимают, что в перспективе я бы хотел, чтобы этим проектом занимались они. В позапрошлое лето оба стажировались в моем офисе продаж, пытались что-то зарабатывать. И в этом году каждый из них открыл в Sea Breeze свой объект. Без моего непосредственного участия! Нашли партнеров, соинвесторов. Один открыл кафе Mytcha, другой – бургерную. И за сезон вышли в плюс.