Старший сын сэра Дэвида и леди Виктории Бекхэм Бруклин 19 января 2026 года опубликовал у себя в Instagram серию сторис, на которых разместил личное заявление. Оно касалось вопроса, который уже несколько лет не давал покоя поклонникам Бекхэмов и любителям сплетен по всему миру – взаимоотношениям в одной из самых известных семей мира. Бруклин Бекхэм открыто заявил, что больше не хочет общаться со своей контролирующей семьей – и вообще родители знатно попортили жизнь ему и его жене Николе Пельтц – богатой американской наследнице.
Его родители отреагировали снисходительно: Дэвид Бекхэм заявил, что дети на то и дети, чтобы совершать ошибки, а родители должны позволять им учиться на них. Спор о том, кто в этой ситуации прав – Бруклин Бекхэм и Никола Пельтц или Дэвид и Виктория Бекхэм – поделил соцсети на два лагеря. Однако этот раскол оказался намного глубже, чем можно представить.
Между енешкой и келинкой
Если подробнее останавливаться на спиче Бруклина Бекхэма, то он оказался откровенным и весьма болезненным для всех упомянутых в сторис. В своей речи он прошелся катком по обоим родителям, обвиняя их в неискренности и в том, что они используют всех членов семьи ради процветания семейного бренда, не считаясь ни с чьими чувствами. Он также рассказал, что отец и мать якобы настраивали против него братьев. Эмоциональной кульминацией речи стал его рассказ о «танце молодоженов» на свадьбе в 2022 году. По его словам, то, что должно было стать романтическим моментом для него и жены, превратилось в фарс – и все по вине матери.
В тот день Марк Энтони, приглашенный спеть сладкую любовную балладу для молодоженов, позвал Бруклина на сцену и сказал, что тот будет танцевать «с самой красивой женщиной в зале». Но вместо невесты его ждала Виктория Бэкхем. Она, по словам сына, украла момент у невесты, да и вообще вела себя непристойно. «Она танцевала со мной очень неподобающе у всех на глазах. Я никогда в жизни не чувствовал себя столь униженным и настолько не в своей тарелке», – сказал Бруклин Бекхэм.
Танец Виктории Бекхэм
Мнения очевидцев, которые собрали СМИ, разделились. По данным Page Six, в рядах гостей со стороны Николы Пельтц во время танца повисла такая тишина, что можно было расслышать шелест одежды. Невеста вся в слезах выбежала из зала. Свидетели же со стороны Бекхэмов утверждают: ситуация развивалась не столь драматично. Действительно, Бруклин танцевал с матерью. Однако во время выступления Марка Энтони он также пригласил на танцпол отца и сестру Харпер. А Никола Пельтц танцевала со своим отцом. В общем и целом – милый семейный момент, а вовсе не манифест родительской токсичности.
Настоящей семейной драмы из признаний Бруклина Бекхэма, который, по его собственным словам, «в первый раз в жизни решил [публично] постоять за себя», все же не вышло. Ситуация в мгновение ока превратилась в фарс. Пользователи соцсетей по всему миру очень быстро переключились с сочувствия или осуждения Бруклина на мемы. И центральным их элементом стала сгенерирированная искусственным интеллектом Виктория Бекхэм, исполняющая на свадьбе сына все виды танцев – от обычного вальса до брейк-данса, тверка, ирландского степа и едва ли не лезгинки.
Между тем за танцами и бесконечным потоком мемов скрывается проблема куда глубже семейных скандалов. Речь идет о цивилизационном разломе между британским и американским мировосприятием, который проходит не только через Атлантику, но и через судьбы конкретных людей.
Брак по-американски
Никола Пельтц, наследница американского миллиардера, буквально «перепрошивает» мужа – продукт классического британского воспитания. И прививает ему иную ментальность – молодой американский принцип индивидуализма, который приходит на место тысячелетней британской традиции keep calm and carry on. Впрочем, история не новая. До Пельтц это делали и другие американские влюбленные в более известных британцев.
Так, любая такая история до боли напоминает роман, а затем брак Уоллис Симпсон и Эдуарда VIII – самоуверенной и свободолюбивой американки, ради которой дядя Елизаветы II отказался от британского престола. Их роман начался в 1930-х, когда будущий король увлекся дважды разведенной светской львицей с острым языком и независимым характером. Когда в 1936 году Эдуард взошел на престол, стало ясно: он намерен жениться на Симпсон, несмотря на протест семьи, правительства и всего британского истеблишмента. В декабре 1936-го, пробыв на троне менее года, Эдуард подписал акт об отречении. В радиообращении к нации он сказал: «Я не могу нести тяжкое бремя ответственности и исполнять обязанности короля без помощи и поддержки женщины, которую я люблю».
Ситуация вокруг Бруклина Бекхэма и его супруги – наследницы большого состояния, которая пытается строить карьеру актрисы – созвучна и с другим нашумевшим кейсом: историей голливудской старлетки Меган Маркл, сломавшей привычный уклад британской королевской семьи. Маркл развернула масштабную кампанию против Виндзоров: в 2021 году в нашумевшем интервью Опре Уинфри она обвинила королевскую семью в расизме и эмоциональной жестокости и спровоцировала один из тяжелейших кризисов короны в современной истории. Принц Гарри тем не менее поддержал жену, а в 2023 году сам подлил масла в огонь, выпустив мемуары «Запасной» (Spare), в которых поделился болезненными подробностями дворцового закулисья.
Победа Виктории
Теперь история повторяется в третий раз – правда, с существенной поправкой. Несмотря на близость Бекхэмов к британской королевской семье (по иронии они дружат с принцем Уильямом и Кейт Миддлтон, а вот их сын с Николой Пельтц замечены в связях с принцем Гарри и Меган Маркл), их скандал выглядит куда менее величественно. Вместо угрозы монархии и монархического кризиса – сын звезды мирового футбола и поп-дивы и дочь американского миллиардера, которые не до конца понимают, что конфликт с родителями лучше решать в кабинете семейного терапевта, а не в сторис.
В результате их история выглядит не как борьба за свободу – это скорее восстание двух nepo baby, которые не до конца осознают реалии жизни. Бруклин и Никола – пара, выросшая в достатке, чей бунт со стороны выглядит во многом как подростковый каприз. Особенно на фоне грамотной PR-стратегии сэра Дэвида и леди Виктории, которые отнеслись к нападкам сына более чем снисходительно.
Более того, Виктория Бекхэм, а вернее ее одноименный бренд, может даже выиграть от скандала – хотя это последнее, чего хотел бы ее сын Бруклин. Уже не первый год СМИ пишут о том, что Victoria Beckham испытывает финансовые сложности: модный бренд был «на десятки миллионов в минусе», и Бекхэмам приходилось буквально вливать миллионы фунтов стерлингов, чтобы компания оставалась на плаву.
Это была настоящая финансовая яма, из которой выбраться казалось все сложнее. Но в октябре 2025 года на Netflix вышел трехсерийный документальный фильм Victoria Beckham, где она с редкой откровенностью рассказала о кризисе своего бизнеса. Сериал неожиданно сработал как мощный маркетинговый инструмент: Виктория предстала перед аудиторией не как жена легендарного футболиста, а как упорная бизнесвумен, которая строила империю вопреки скептикам и финансовым кризисам.
Теперь же с новым витком семейного скандала имя Виктории Бекхэм вновь занимает первые строки новостных лент по всему миру, а ее бренд получает то, что она не смогла купить ни за какие деньги – глобальное внимание и симпатию. Медийный шквал вокруг отношений с сыном превращает Викторию в фигуру, вызывающую сочувствие, а значит – потенциально способную переломить судьбу своего убыточного бизнеса. Черный пиар, как выясняется, может стать настоящим спасательным кругом для бренда, который годами балансировал на грани потопления.