Фильм «Тамерлан. Восхождение последнего завоевателя» – масштабная историческая сага, предлагающая взглянуть на фигуру Тимура под непривычным углом. Вместо знакомого образа жестокого завоевателя, ставшего яркой страницей в мировой истории, режиссер Джейкоб Шварц стремится показать человека, раздираемого внутренними противоречиями, личной трагедией и волей к власти.
В основной каст фильма вошли: Кристиан Мортенсен («Морская полиция: Лос-Анджелес»), Махеш Джаду («Марко Поло»), Юлдуз Раджабова («Привет, папа», «Основание: Осман»), Санжар Мади («MEOW», «Марко Поло»), Еркебулан Дайыров («Шлагбаум», «№37»), Максат Сабитов («Ауру», «Дос-Мукасан»), Асан Мажит («Коба», «MEOW», «№ 37»), Джошуа Джо («Джек Райан»).
Как проект связан с Netflix и почему режиссер решил проводить съемки в основном в Узбекистане, а не в Казахстане или даже где-то в США?
Насколько мне известно, это была договоренность между Узбекистаном и компанией Netflix. Представители компании приезжали несколько раз в Казахстан, но договориться так и не смогли. Почему Узбекистан? Потому что это их заказ, но на деньги Netflix. Не буду вдаваться в историю, но в Узбекистане все посвящено Тамерлану, и эта фигура для них очень значима. В Казахстане мы сняли небольшую часть картины близ Алматы. Это была сцена финальной битвы. Почему съемки были не США? Тут мне кажется ответ ясен без лишних слов. Тем не менее, почти вся команда была из Америки – начиная с режиссера, заканчивая звукорежиссером.
Надо иметь в виду, что это не оригинальный проект Netflix, а фильм, который они просто спонсировали. Да, изначально говорили, что фильм «Тамерлан» будут показывать на Netflix. Но прошло три года, и кажется, что-то пошло не так. Теперь будет театральный показ, СНГ и отдельно на мир.
В чем разница в сотрудничестве с казахстанскими студиями и в сотрудничестве с Netflix?
Могу рассказать на примере «Марко Поло» (сериал с Лоренцо Рикельми в главной роли, который выходил на Netflix в 2014-2016 годах и в котором сыграл Санжар Мади – прим. Tatler), который мы снимали в Малайзии. Вот тогда чувствовался масштаб. Все декорации, костюмы, реквизит создавались при нас в павильоне студии Pinewood в Джохор-Бару. Бюджет ни на что не жалели, я даже умудрился увидеть Харви Вайнштейна (один из самых влиятельных американских продюсеров, осужденный за сексуальное насилие и ставший одним из символов движения MeToo – прим. Tatler) – он приезжал к нам на площадку. Отличия с нашими студиями колоссальные, к сожалению. И не последнюю роль играет освоение бюджета.
Расскажите о процессе съемок: какие были самые сложные моменты? Что больше всего запомнилось? Какие-то смешные ситуации?
В исторических съемках самая большая сложность – это локации, одежда и питание. Если локации найдены, то одежда, как правило, многослойная, тяжелая, неудобная: ночью холодно, днем в ней жарко, но это так, мелочи. Еду нужно привозить от местных поваров и куда-нибудь в степь, в жару. Часто она портится в дороге. Мы же всей группой умудрились отравиться питьевой водой в городе Ургенч. Как нам потом сказали, из-за солей в почве вода очень плохая в том регионе. Было так плохо, что был риск отмены съемок. Не отравился только британский актер, который с утра до ночи пил только пиво. Запомнилась финальная «битва под дождем». Ее мы снимали два дня, и в день, когда был апогей этой битвы, вдруг стало очень холодно (хотя еще днем было +35°). Мы играли под напором воды, под ногами грязь, руки немеют от ветра и холода. Только мы закончили съемки, как сразу вышло солнце.
Расскажите про грим и костюмы к фильму.
Каких-то специальных примерок не было, были 4-5 вариаций костюмов торговца, и их миксовали между собой. Приходилось подшивать слои к чапану, чтобы это выглядело более аутентично. Пояса, ремни, ножны, кольца, украшения – все это приходилось повторять раз за разом, чтобы не было «киноляпов».
Как вы относитесь к тому, что основной каст составили иностранцы, а не актеры из Казахстана или Узбекистана (не считая актрисы Юлдуз Раджабовой, сыгравшей главную женскую роль)?
Я задал этот вопрос продюсеру, когда мы снимали фильм. Мне стало искренне любопытно, почему в картине, снятой по заказу Узбекистана, так мало своих актеров. На это я получил исчерпывающий ответ: их кинематограф пока не может предоставить актеров такого уровня, которые одинаково следят за собой, могут хорошо играть, говорят на разных языках.
Фильм был снят на английском и чагатайском языках: с английским проблем не было, чагатайский приходилось учить за 30 минут до сцены, так как текст давали непосредственно перед съемкой. Был даже случай: во время этих съемок меня рассматривали на роль узбекского героя войны (съемки были в Беларуси), но я отказался. Считаю, что это неправильно.
Вы играете Джасура – купца и верного союзника Тимура. Какую роль он играет в фильме? Какова его миссия?
Фильм я еще не смотрел, поэтому мне тяжело судить, что вошло в финальный монтаж, но из того, что я знаю: мой герой в прошлом военный, но жизнь вынудила его стать купцом. Он ключевая персона, которая спасает Тамерлана от смерти и становится его последователем.