Название новой экранизации предупредительно закавычено, но, судя по всему, кавычек тут недостаточно – не помешал бы знак вопроса или длинный ряд разнообразных эмодзи, включая пожалуй что и facepalm.
Проблема не в том, что режиссер Эмеральд Феннел слишком вольно обошлась с первоисточником (она вообще-то большой режиссер и ей как раз можно многое), а в том, что дала себе недостаточно воли, сделав ставку на одну только любовную линию, выдержанную вдобавок в эстетике BookTok. Теперь простодушные зрители жалуются на фильм про абьюзивно-токсичные отношения – и, строго говоря, они правы: фильм как будто встраивается в ряд за «Горничной» с очередным красавцем-маньяком. Феннел опять-таки поскромничала – от нее теоретически можно было ожидать какой-нибудь дикий викторианский секс-триллер в духе «Бедных-несчастных», но в итоге вся эротика более-менее свелась к тугим корсетам, огромной клубнике и фразам типа «твой язык только что был у меня во рту». Даже вместо знаменитой сцены, где юных героев травят сторожевыми псами, в фильме иронически семенит шпиц.
Премьеру фильма приурочили ко Дню святого Валентина, хотя при более внимательном прочтении оригинала это релиз скорее для Вальпургиевой ночи. Но Джейкоб Элорди никак не тянет на исчадие ада, каковым собственно является его герой Хитклиф. Мало того, ему здесь пришлось тягаться с былыми тяжеловесами – исполнителями данной роли, а это, среди прочих, сэр Лоуренс Оливье, Тимоти Далтон, Рэйф Файнс и Том Харди, еще и партия здесь его прописана так, что он со своей фиксой и серьгой скорее похож на топового хоккеиста – завсегдатая BDSM-вечеринок.
Вообще, есть ощущение, что ткань романа здесь решили заменить непосредственно кожей актеров – крупные планы буквально застилают экран. Когда Ролан Барт писал о лице Греты Гарбо, что это «некое абсолютное состояние плоти, недостижимое и неотвязное… оно под гримом кажется снежной маской; это уже не краска, а настоящая штукатурка, закрывающая лицо не отдельными мазками, а сплошным слоем», – это он просто не видел Марго Робби ближе к финалу, когда ее мертвенный лик сливается с цветом стен (собственно, это лучшая сцена фильма). Все это вместе с закатами цвета адского пламени, зрелищными пиявками и щегольскими нарядами создает эффект поистине роскошного дипфейка – и в этом качестве фильм вполне заслуживает внимания.
