«Я не смог ответить на главный вопрос: кто я?»
Игорь, как сегодня вы сами определяете свою профессию? Врач, психолог, психотерапевт, наставник?
Наверное, я человек, который помогает увидеть целостную картину. Мое базовое образование – врач-педиатр. Я окончил с отличием Ленинградский педиатрический медицинский институт и пять лет работал на Севере Карелии земским доктором. Приходилось принимать роды, делать небольшие операции, работать и со взрослыми, и с детьми. За пять лет работы у меня не умер ни один ребенок. Для меня это огромная радость и гордость.
Позже я получил психологическое образование в Восточно-Европейском институте психоанализа в Санкт-Петербурге и много лет работал на стыке медицины и психологии как врач-психотерапевт. Затем пришел в коучинг, прошел подготовку в Международной ассоциации коучинга, работал с руководителями и первыми лицами, изучал бизнес и управление.
Но со временем понял, что и медицина, и психология, и коучинг не отвечают на все вопросы. Тогда в моей жизни появились духовные школы. Там меня учили видеть причину, а не только следствие, слушать себя и замечать то, что не всегда можно увидеть обычными способами. Сегодня я воспринимаю человека как единство тела, души и духа. Врач работает прежде всего с физическим телом, психолог – с душевным состоянием, духовный наставник помогает человеку сохранять связь с Богом. Для меня эти части неразделимы.
Что стало главным поворотным моментом на этом пути?
Таких моментов было два. Первый произошел на Севере. Я много раз оказывался в ситуациях, когда ребенок мог умереть буквально у меня на руках. Бывали случаи, когда с точки зрения моих медицинских знаний я уже не понимал, что еще могу сделать. И тогда я впервые очень глубоко пришел к вере. Я видел ситуации, которые не мог объяснить только медициной. Для меня это стало опытом присутствия Бога и того, что человеческие возможности не всегда являются пределом.
Второй поворот произошел, когда мне было 37 лет. Я встретил духовного наставника. Он задал мне несколько вопросов: «Кто ты? Зачем ты здесь? Что ты должен сделать в этой жизни? В чем твое предназначение?» И я не смог ответить. У меня уже были знания, семья, профессия, определенный статус. Но на главный вопрос о себе я ответа не знал. За несколько часов этот человек рассказал мне о моем прошлом, настоящем и возможном будущем. Эта встреча полностью изменила мою жизнь. С тех пор тема предназначения стала для меня одной из центральных. Я считаю, что человеку важно как можно раньше понять, зачем он живет и что именно должен реализовать.
Может ли душа влиять на тело?
Вы много говорите о связи физического и психологического состояния. Насколько она сильна?
Человек – многомерное существо. Есть физическое тело, есть эмоциональный и психологический уровни. И они связаны. Мы хорошо знаем, что сильный стресс отражается на организме: человек может хуже спать, у него меняется давление, появляется напряжение. В моей практике я много раз видел, как серьезные жизненные потрясения совпадали с ухудшением самочувствия. Поэтому я считаю важным смотреть не только на сам симптом, но и на контекст жизни человека: что происходило с ним до того, как возникла проблема. При этом я бы не противопоставлял психологию медицине. Медицинское обследование и лечение необходимы там, где они необходимы. Психологический взгляд может дополнять их, помогая разобраться с переживаниями и жизненными обстоятельствами человека.
Вы особенно много занимаетесь темой зрения. Действительно ли стресс может влиять на него?
За последние 16 лет я очень много работаю с темой зрения и видел огромное количество людей, у которых ухудшению зрения предшествовал сильный стресс. Это могла быть смерть близкого человека, развод, потеря бизнеса, военные события, тяжелое потрясение. Человек переживает ситуацию, и у него может возникнуть очень сильная внутренняя реакция: «Я не хочу этого видеть». Я исследую, как подобные психологические состояния могут быть связаны с физическим напряжением и состоянием человека. Но здесь важно разделять мою методологию и доказанную медицинскую практику. Заболевания зрения имеют разные причины, и их диагностика должна оставаться сферой офтальмологии.
ПроЗрение Души
Вы называете «ПроЗрение Души» методикой безоперационного восстановления зрения за четыре дня. В чем ее суть?
Я не называю ее медицинским лечением. Для меня это психологическая и просветительская методология. Я исхожу из того, что на зрение могут влиять пережитые человеком психологические травмы и эмоциональные состояния. Поэтому во время программы мы пытаемся найти и осознать такие переживания. Большое внимание уделяется отношениям с родителями, семейной истории, психологическим причинам и тому, как человек воспринимает происходящее в своей жизни.
Есть и вторая часть – изучение пяти природных и духовных законов, о которых я говорю в своей системе. Кроме того, участники выполняют упражнения для глаз. Мы измеряем зрение в начале и в конце программы и смотрим, какие изменения произошли. При этом я всегда говорю человеку: результат зависит не только от четырех дней. Если после программы ничего не менять в образе жизни и эмоциональном состоянии, результат может измениться.
А где для вас проходит граница между медициной и психологией?
Я считаю, что эти области должны дополнять друг друга. В старой медицинской школе большое значение придавалось анамнезу: врачу было важно узнать, что произошло с человеком, когда появилась проблема, что ей предшествовало, как человек жил раньше. Сегодня в условиях короткого приема врачу зачастую просто не хватает времени на настолько глубокий разговор.
Медицина прекрасно работает с физическими процессами. Но иногда человеку важно дополнительно разобраться в психологических и жизненных обстоятельствах. Поэтому я не противопоставляю эти подходы. Я за то, чтобы использовать все, что действительно может помочь человеку, и при этом не подменять медицинскую диагностику психологическими объяснениями.
Почему один человек легко проходит через кризис, а другой долго не может восстановиться?
Потому что все люди разные. У каждого свой темперамент, воспитание, образование, жизненный опыт и уровень осознанности. Есть люди очень чувствительные, ранимые. Для них даже грубое слово может стать серьезным переживанием. Поэтому человеку важно знать свои сильные и слабые стороны и развивать навыки, которые помогают справляться с нагрузкой. Для кого-то это может быть публичное выступление, для кого-то творчество, для кого-то работа с эмоциональным состоянием.
«Ты – причина своего успеха и неуспеха»
Насколько человек способен изменить свою жизнь, изменив собственное мышление?
Я часто говорю человеку: «Ты – причина своего успеха и неуспеха, своих отношений и своей реализации». Это не значит, что мы можем контролировать все, что происходит вокруг. Но мы можем отвечать за свои решения, реакции и дальнейшие действия. Для меня первый шаг – понять свое предназначение. Второй – взять ответственность за собственную жизнь. Дальше идут вера, развитие творческого потенциала, любовь к себе и миру, позитивное мышление, профессиональная реализация, умение управлять эмоциональным состоянием и здоровый образ жизни. И мне кажется очень важным иметь наставника – человека, которому ты доверяешь и у которого можешь попросить совета.
Как вы относитесь к растущему интересу к психосоматике? Не возникает ли риска объяснять психологией то, что имеет физиологическую природу?
Такой риск действительно существует. Поэтому я считаю очень важным не отказываться от медицинской диагностики. Психосоматический подход обращает внимание на связь между психикой и телом. Но это не означает, что любую болезнь можно объяснить исключительно психологией. Я бы сказал так: физическое состояние человека стоит рассматривать комплексно. Иногда важно лечить тело, иногда – работать с психологическим состоянием, а часто необходимо и то и другое.
Что, на ваш взгляд, сегодня больше всего воздействует на психологическое состояние людей?
Мы живем в очень напряженное время. Конфликты, агрессивная реклама, информационный поток, разводы, болезни, стихийные бедствия – все это влияет на человека. Но главным вызовом я считаю потерю внутренней опоры. Для меня этой опорой является связь с Богом. Я говорю об этом именно как о личном мировоззрении, а не как о медицинском факте. Человеку важно остановиться, услышать себя, понять свои способности и ответственность и решить, что он может сделать для себя, своей семьи и окружающих.
«Счастье – это быть в настоящем»
За годы работы с людьми изменилось ли ваше понимание счастья?
Очень сильно. Сегодня для меня счастье – это способность быть в настоящем моменте. Прошлого уже нет, будущее еще не наступило. А жизнь происходит сейчас. Иногда я просто смотрю на небо, чувствую запах воздуха, вижу листья на деревьях – и понимаю: в этот момент у меня уже есть все необходимое, чтобы быть счастливым.
Конечно, счастье – это и близкие люди, и бережное отношение к жизни, и возможность реализовывать свое предназначение. Наверное, за шесть десятилетий своей жизни я пришел к простой вещи: перед человеком постоянно стоит выбор между страхом и любовью. И каждый раз, когда удается выбирать любовь, жизнь становится более наполненной. Для меня счастье – это держать Бога за руку, чувствовать себя, чувствовать своих близких и пропускать через себя поток жизни, реализуя свою уникальность и свое предназначение.