В одну из первых ночей нового года мы выпиваем с другом в полупустом алматинском баре. На улице тарабанит дождь, атмосфера располагает к долгим задушевным беседам. Ровно до того момента, пока в бар не вваливается шумная разношерстная компания, которая заказывает бутылки игристого и требует поставить Меладзе.
Я по профессиональной наблюдательской привычке прислушиваюсь к их разговорам. Веселый молодой человек протягивает мне бокал и включает меня в разговор. Я рассказываю про дейтинг в Париже. Он слушает с увлечением – давно женат, двое детей, а потому мои трагикомичные истории разлетаются на ура. Вскоре меня слушает весь бар. Я задаю тему разговорам, и про свой свиданочный опыт решается рассказать каждый присутствующий, даже бармен. Пока тот же веселый молодой человек не произносит слово раздора – «тарелочница»…
История про чек в конце ужина стара как мир. Этот камень преткновения стал известен человечеству еще задолго до того, как Клара Цеткин и Роза Люксембург взяли в руки плакаты. Почему спустя столетия борьбы за права мы до сих пор задаемся этим вопросом и ругаемся в комментариях с незнакомцами, хотя сказано на эту тему уже было немало? Наверное, для начала стоит разобраться с терминологией. Исторически деньги – это универсальный инструмент контроля. Тот, кто владеет их большим количеством, логичным путем владеет ситуацией.
Наши прабабушки хорошо это понимали и потому в итоге брались за оружие. Не ради одинарного ужина, а ради возможности получить хоть какой-то контроль. Хотя бы над своим телом – ведь исторически даже этого права мы были долгое время несправедливо лишены. И если взглянуть на ситуацию сегодня, даже в странах, далеких от гендерного равенства Западной Европы, ситуация значительно улучшилась. Мы учимся в университетах, зарабатываем, делаем аборты, имеем право не выходить замуж и самостоятельно рожать детей. В прогрессивной алматинской среде даже стало дурным тоном хотеть замуж и не хотеть карьеру. Вожделенный контроль наконец стал правом, а не редкой привилегией.
Посмотрим на ситуацию с позиции Марса. Мужская часть населения долгое время была по дефолту бенефициаром права на контроль. Но, как и с любой силой, с ней приходит и ответственность. Сейчас же, когда необходимость борьбы и выяснения отношений полов стала менее очевидной, эта неловкость и напряжение никуда не ушли. Наоборот, выросли. Добавьте к этому засилье дейтинг-коучей, дейтинг-инфлюенсеров и TikTok-эдвайзеров, которые повсеместно делятся наукой отношений и учат, что мужчина и женщина обязаны друг другу – немудрено, что тут пойдет голова кругом и многие начнут грызться друг с другом еще до того, как вступят в отношения.
Когда я начала ходить на свидания, самой страшной дезинформацией, которую я могла подцепить в интернете, был его неправильный гороскоп. Сегодня люди цепляют друг на друга лейблы про разные типы привязанности еще до того, как любая привязанность может возникнуть. И именно так возникают термины вроде «тарелочницы» – из рилсов и тиктоков, от людей, которые, возможно, на хорошем свидании и не были ни разу.
Так вот, слово «тарелочница» звучит почти умилительно от 20-летнего парня, боящегося потратить стипендию на девушку, которая завтра его загостит. Вижу страх, форсированный тиктоками, могу понять и простить. Однако когда слышу похожее от 40-летнего – возникают вопросы. Мы стали практически равны, и уже давно все вместе платим налоги. Но вот обычное куртуазное отношение друг к другу как будто также осталось в прошлом. А оплаченный чек в конце – не что иное, как самое простое проявление этого отношения. Одна из моих хороших знакомых – топ-менеджер крупного казахстанского банка, двое детей в семье, с мужем вместе почти 20 лет. Когда-то давно они заключили пакт, что забота о семье останется на ней.
Но правда в том, что, когда приходишь к ним домой, это разделение ролей вообще не проявляется – это обычная семья. Я не выдержала и поинтересовалась, как им удается сохранять такую динамику. Важный момент: на свиданиях, которые они обязательно устраивают друг другу хотя бы раз в пару недель, он обязательно платит за их ужин. Я же встречалась с парнем, который мог заказать на свидание вертолет. Встречалась и с тем, кто водил меня есть самую вкусную самсу в городе. Объединяло их одно – искреннее желание поухаживать. И два года я пробыла все-таки с тем, что водил меня к ларьку с самсой.
Просто потому, что мне он правда нравился. Классное свидание – это не упражнение в математике. Но на первых, романтических порах нам действительно не хватает куртуазных жестов. И пусть первое свидание будет просто про кофе или бокал вина. Если вам классно вместе, вычислять математику будет гораздо проще и свободнее.